www.Onthewing.ru - Михаил Леонтьевич Миль

Михаил Леонтьевич Миль

О Михаиле Леонтьевиче Миле написано и сказано немало. Однако сегодня для того есть особый повод - в ноябре отмечается столетие авиаконструктора. Михаил Леонтьевич прожил не столь долгую (судьба отмерила ему 61 год), но динамичную, богатую на события жизнь. На его глазах происходило зарождение вертолетного дела в России и в мире, и он стал фигурой, повлиявшей на ход развития всего вертолетостроения. Михаил Миль - создатель бренда с мировым именем и до какого-то момента самой передовой конструкторской школы.

Михаил Миль

Судьбу Миля во многом определили вовсе не удачные стечения обстоятельств (везунчиком Михаила Леонтьевича назвать сложно), но в большей степени качества его личности. Обычно наряду с завидным и вдохновляющим трудолюбием и подвижнической преданностью своему делу принято упоминать такие свойства его натуры, как такт и дипломатичность, природный дар сглаживать острые углы, конфликтные ситуации.

Миля вообще можно отнести к «нетипичным» гениям: ему менее всего были свойственны гордыня, тщеславие и болезненное самолюбие.

Наделенный даром художника, Миль немало вещей делал на чистом азарте, с известной долей авантюризма, что не раз подталкивало Михаила Леонтьевича к неординарным решениям.

Художественный избыток

...Авиасалон в Ле Бурже 1971 года. Французские газеты признали показанный на выставке вертолет Ми-12 (В-12) «звездой салона», не скупились на эпитеты в превосходных степенях и даже сравнили фюзеляж аппарата с готическим собором. И было чем восхищаться: двухвинтовая машина весом 105 т, грузоподъемностью 40 т -параметры и техническое решение на тот момент попросту недостижимые для ведущих мировых авиакомпаний. Даже многочисленная команда проектировщиков из Boeing company - всесильные создатели «Боинга-747» - потерпела неудачу при проектировании столь же грузоподъемного вертолета.

Однако восторженным французским журналистам не были известны ни мотивы, ни история создания вертолета Ми-12, иначе они потребовали бы орден Почетного легиона в студию.

Работа над гигантом началась еще в 1959 году. Однако показан вертолет был лишь 12 лет спустя - идея сверхтяжелого вертолета не вдохновила чиновников от авиации: «На Западе таких больших вертолетов не делают». Тем не менее, опытная модель была собрана. Широкая публика увидела ее в Ле Бурже уже после смерти конструктора.

Поднявшись в небо лишь в 1973 году, Ми-12 остался «лебединой песней» выдающегося конструктора. Но время подтвердило дальновидность Миля: ниша сверхтяжелых осталась приоритетом российского вертолетостроения. Преемники генерального конструктора в доказательство своей творческой самостоятельности создали достойную альтернативу - вертолет Ми-2б, который был запущен в серийное производство и на долгие годы остался эталоном в сверхтяжелой винтокрылой авиации.

Проект Ми-12 как никакой другой говорит нам о том, чем была для Миля конструкторская работа. Можно с уверенностью сказать, что большинство милевских машин по своему исполнению были избыточны по отношению и к заказчику, и к системе в целом. Так мыслит только художник. КБ при Миле могло решать конкретную задачу - в интересах народного хозяйства и армии, но результат никогда не получался сугубо утилитарным, обнажая перспективу. Каждый раз его командой делалось больше, чем было необходимо, поэтому так легко было в 1970-е годы свернуть большинство милевских проектов без ущерба для вертолетного обеспечения военных и хозяйственных нужд. И даже в непростые 1990-е этого ресурса и художественного избытка хватило на сохранение технологических позиций и функционирование производственной системы вертолетов «Ми».

А ведь из Миля мог получиться даровитый живописец - вплоть до 12 лет основной Мишиной страстью было рисование. Впоследствии проникновенные милевские акварели - пейзажи, натюрморты с успехом выставлялись. Были даже случаи хищения работ «благодарными поклонниками» прямо с выставок. Не лишен был Михаил Леонтьевич и музыкального дара - это увлечение он пронес через всю жизнь. Лирические задатки сохранял и развивал, это помогало ему быть инженером.

Отделять Миля-конструктора от Миля-художника было бы неправильно: Михаил Леонтьевич органично существовал в этих двух проявлениях. И вряд ли стоит слишком удивляться такой двойственности: проектирование вертолетов - одна из сложнейших инженерных задач. Стать конструктором самолетов намного проще, нежели конструктором вертолетов - им надо родиться. На тот момент призвание Миля было почти уникальным.

Его первым творческим опытом стала модель самолета - с ней 12-летний Миша победил в конкурсе, проходившем в Томске. Может быть, в тот момент и произошла, по крайней мере, внешняя трансформация из «лириков» в «физики». По окончании коммерческого училища Миль покинул родной Иркутск ради учебы в Томском политехническом институте.

Испытания на прочность начались почти сразу же - Миля отчислили с формулировкой «за непролетарское происхождение» (в совокупности с пресловутым «пятым пунктом» - отец Михаила был раввином), о чем тот узнал совершенно случайно, взглянув на институтскую доску объявлений. Разумеется, это не послужило поводом ставить крест на учебе, равно как и поводом для сведения счетов (отчислили Михаила по донесению кого-то из однокурсников о том, что в доме Милей есть мягкая мебель с резными ножками). Миль просто решил слегка «подправить» биографию - около года он трудился на новосибирском кожевенном заводе. Так что в Новочеркасский политехнический институт Миль поступил уже «полноценным» пролетарием и успешно его окончил.